Глава 673: «Укрощение пятого года: Спуск»

От Лица «Богомола», незадолго до того, как он увидел первую дверь...

Отверстие было огромным.

Больше, чем должно быть у любого природного образования. Стены спускались неровной спиралью, возможно, сформированной тем огромным потоком мутировавших зверей.

Высеченные их скверной, сформированные их агрессией.

Между этими стенами, вырываясь наружу, словно смертоносные мана-щупальца... Корни золотистых ростков.

Их были сотни, а может, и тысячи, переплетенные в сеть настолько густую, что свет сверху едва проникал дальше первых десятка метров.

Словно паутина, поджидающая добычу.

«Богомол» знал, что по-настоящему умереть не может, поэтому, не испытывая страха, полностью расправил крылья и позволил себе падать.

Легко было сохранять уверенность, будучи проекцией, а не живым существом.

Контролируя спуск с помощью минимальных корректировок, его зеркальные поверхности отражают окружающие корни, пока он не стал неотличим от них.

Самые близкие корни, казалось, вскоре что-то заметили.

Смещение воздуха… Аномалия в узоре.

Но затем он активировал «Подражатель».

Его тело начало волнообразно колебаться.

Не хаотично, а в точном соответствии с узором, который образуют корни, когда они движутся в поисках добычи. Тот же ритм, та же частота, то же давление на воздух.

Для системы обнаружения, основанной на вибрациях, «Богомол» больше не был добычей… Он был просто еще одним корнем, движущимся в сети.

Ничего, что стоило бы исследовать.

Поэтому он спустился глубже… И мана изменилась.

На поверхности она была уровня «Золото 3». А здесь, под землёй, концентрация была другой. Мана, идущая сверху, с трудом проникала сквозь уплотненную породу и землю.

А та, что шла снизу… она была более «плотной». Но её распространение не доходило досюда, начинаясь на глубине многих метров.

Поэтому уровень маны быстро достиг Золота 2.

Затем — Золота 1.

Давление постепенно уменьшалось. Проецируемая форма «Богомола» стабилизировалась, а структура маны остановила легкое дрожание внутри его организма.

Облегчение было подобно всплытию из большой глубины.

И наконец… около Серебра 3.

Он коснулся дна.

Не с громким ударом, а мягкой посадкой, едва поднявшей накопившуюся пыль. Его ноги коснулись камня, и впервые с начала спуска...

Полная тишина.

Такая, что заставляла осознать собственное существование.

Золотые ростки не дотянулись сюда, потому что в этом месте было слишком мало маны для них. Их корни свисали сверху, словно смертоносный потолок, но земля...

Земля была территорией чего-то другого.

Перед ним открылось пространство. Естественного происхождения, но явно измененное. Несколько туннелей расходились в разные стороны, каждый исчезал в темноте, которую даже сложные глаза «Богомола» с трудом проникали.

Но важен был только один.

Потому что только одна стена была изрезана.

Руны начинались незаметно. Небольшие знаки возле входа, словно тот, кто их наносил, пробовал, экспериментировал с материалом.

Затем они становились крупнее.

Более сложными и изысканными. Более… целенаправленными.

«Богомол» двинулся к этому туннелю, каждый шаг был продуманным. Это по-прежнему была территория существ, чувствительных к вибрациям.

Но как только он переступил порог высеченного туннеля...

Что-то изменилось.

Строение было иным. На стенах не было ни трещин, ни следов эрозии. Они были прочными, изолированными от внешнего мира чем-то большим, чем просто камень.

Магия или инженерное искусство. Возможно, и то, и другое — с целью создать нечто долговечное.

А дикие существа...

Здесь не было никаких следов их присутствия.

Ни следа нор, ни запаха гнезд или помеченных территорий. Как будто это место… отталкивало диких животных.

Как будто что-то в этих стенах им не нравилось или… пугало их.

Возможно, древняя сила или остаточная энергия. Что-то, что вызывало инстинктивное стремление держаться подальше.

«Богомол» продвинулся глубже, и тогда он это почувствовал.

Вернее, не почувствовал. Давление маны.

Оно исчезло…

Почти полностью.

На уровне Серебро 3 должна была бы присутствовать постоянная концентрация маны в окружающей среде. Не такая сильная, как на более высоких уровнях, но присутствовать.

Всегда присутствовать.

Но здесь...

Руны, может, они поглощали ману?

Этот вопрос промелькнул в связи с Реном, который задавал его себе за километры отсюда, притворяясь, что внимательно следит за торжествами в здании оценочной комиссии.

Но времени на расследование не было.

«Богомол» продолжал путь, теперь уже более осторожно. Его шаги избегали прямого соприкосновения с рунами, оставаясь в промежутках между ними.

Осторожность, когда неизвестно, что может вызвать прикосновение к ним.

Туннель расширялся.

Сначала постепенно, затем гораздо резче.

И вместе с этим руны становились всё сложнее.

Это были уже не просто знаки. Это было искусство… Замысловатые потоки, покрывающие каждый сантиметр стен и потолка.

Сочетание красоты и функциональности, цель, замаскированная под украшение.

И они светились белым светом. Не золотистым, как споры, которые были активированы Реном, а тусклым, очень тусклым. Как будто они… находились в состоянии покоя.

Может, их нужно активировать?

Этот вопрос проплыл по связи с Реном, который обдумывал его за километры отсюда, сохраняя при этом свое притворство.

Руны, безусловно, были созданы для того, чтобы что-то делать. Но без энергии, без достаточного количества маны…

Они были просто красивыми знаками на древнем камне.

Потенциал, ожидающий катализатора, ожидающий активации.

Затем туннель повернул.

И там, в самом конце...

Находилась дверь.

Массивная... Тоже покрытая надписями.

И она была открыта.

Не полностью, но достаточно, чтобы через неё могло пройти что-то довольно крупное.

«Богомол» приблизился с крайней осторожностью, все его чувства были начеку, высматривая ловушки, стражей или...

Ничего.

Царила только тишина.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ Сельфиры и Юлиуса теперь казались немного пустыми. Может, «Золотые ростки» и представляли проблему… Но это выглядело как излишняя осторожность в отношении опасностей, которых не существовало.

Он переступил порог, проскользнув через проем…

И остановилась.

Ну, монстры там действительно были, но…

Мертвые… сотни трупов.

Может, и тысячи.

Они заполняли пространство, словно мрачный ковер из разложившейся плоти и искривления костей.

Насилие, застывшее во времени.

Мутанты… Все до единого.

Но все они, без сомнения, были мертвы.

Их тела почти высохли от времени и недостатка влаги. Ткани растянулись на костных структурах, которые порой имели слишком много углов.

Эти неестественные формы… Существа, которых никогда не должно было существовать.

И ещё одна странная вещь…

Казалось, что после смерти они остались целыми.

Снаружи погибших мутантов быстро пожирали падальщики, другие мутанты или экосистема, которая перерабатывала всё. В зависимости от обстоятельств сражения они даже могли распасться на части.

Но здесь...

Сюда не заходили дикие животные.

Эти тела оставались нетронутыми в течение месяцев.

Сохранились благодаря изоляции. Защищенные тем, что отгоняло хищников.

И то, как они погибли...

«Богомол» осмотрел ближайшие тела. Раны от когтей, следы укусов, тупые травмы, раздробившие черепа и разорвавшие туловища.

Физические атаки.

Жесткое и прямое личное насилие.

Здесь почти не было следов ожогов от «Света», характерного для процесса очищения.

Если бы Сириус был здесь... Если бы он сражался здесь...

Он не использовал большую часть своего элемента «Света Тигра». Скорее всего, сражался в основном с помощью своих зверей и собственных сил, своими руками.

Почему? У него заканчивалась мана, когда он сопротивлялся потоку мутантов?

Экономя силы? От отчаяния? По стратегии?

Пространство простиралось гораздо дальше, чем можно было предположить по входу, — оно было огромно. Зал, на выкапывание которого, должно быть, ушли десятилетия, а может, и столетия.

На его стенах был тот же рунический узор, что и в туннеле, но здесь руны были крупнее.

Более яркие.

Некоторые даже сильно светились тусклым белым сиянием. Словно они сохранили больше следов силы с давних времён.

Остаточная энергия, свидетельствующая об их предназначении.

Но мутанты похитили артефакты и добрались сюда… Почему же тогда здесь не было живых мутантов?

Может, мутанты уже отказались от этого места?

Зачем же они тогда сюда пришли?

Через связь Рен обдумывал возможные варианты.

Может быть, так же, как они отступили из города, когда он присоединился к их сети, когда его связь показала им, что без «ключей» они не смогут достичь того, что ищут… Они решили уйти.

Может быть, здесь они обнаружили то же самое.

Что это место, что бы оно ни охраняло, пока что было вне их досягаемости.

Вне их способности получить к нему доступ или понять его.

Но его предположения оказались не так точны, как он думал.

Потому что это место оказалось не таким заброшенным, как он думал.

«Богомол» заметил его в конце помещения, где трупов было меньше.

Мутант.

Живой.

Огромный и составной. Существо, которое казалось наполовину сороконожкой, наполовину многими другими существами. Нечто, чего не должно было существовать. Его многочисленные ноги разных типов на каждой части впивались в пол, а тело скручивалось защитными спиралями вокруг…

Лестницу.

Ведущую вниз.

Глубже под землю… Дальше от света и жизни.

«Богомол» не шевелился, но мутант, похоже, его не заметил. Его многочисленные глаза были закрыты или устремлены внутрь.

Он… стоял на страже.

Не активно, просто… присутствовал.

Мутанты в основном были Серебряного ранга с силой от 1 до 3, причем их сила варьировалась, несмотря на одинаковый внешний вид. Их размер был своего рода подсказкой.

«Богомол» был «Бронзой 1», слабым, если не считать бонусов Рена. Но теоретически он мог победить мутанта «Серебряного» ранга с разнообразными способностями, если применить достаточно хитростей.

Иллюзии, превосходная тактика и огромное владение стихиями, компенсирующие недостаток силы.

Но шум боя мог привлечь нежелательное внимание со стороны любых возможных других мутантов, находящихся внизу. И кроме того...

Ему не нужно было сражаться. Нужно было просто пройти мимо.

Она взобралась на одну из колонн, поддерживающих потолок, стараясь, чтобы ноги не коснулись светящихся рун — на всякий случай, ведь Рен знал, что это споры. Оттуда он переместился на потолок, используя камуфляж и замаскировавшись под древний камень.

Мутант не отреагировал.

Не почувствовал и не заметил.

«Богомол» расположился прямо над проемом лестницы. Рассчитал расстояние. Угол. Скорость, необходимую для того, чтобы…

Он прыгнул.

♢♢♢♢

💬 Как вы думаете:

1. Почему Сириус предпочел сражаться сам и с помощью зверей, практически не используя ману «Света Тигра» при сдерживании мутантов?

2. Какие риски несет в себе решение продвигаться вглубь зоны с низким уровнем маны и неизвестными рунами без права на ошибку? 

3. Как древние руны и отсутствие диких животных в этом зале связаны с истинной природой мутации и целями Сириуса? 

Делитесь своими теориями!